Эра справедливости или Как победить благие намерения

0
5
© Игорь Ставцев/Коллаж/Ridus.ru

В личностных психологических тестах есть такой вопрос: «Что лучше: справедливость или милосердие»? В некоторых тестах тот же вопрос поставлен менее комфортно: «Что хуже: несправедливость или безжалостность?». Легко определяться между добродетелями — а попробуй-ка выбери из двух зол: поневоле задумаешься об оборотной стороне своего решения. Сегодня за справедливость — каждый в своем понимании, — борются во всем мире, но все ли задумываются о последствиях возможной победы?

Несправедливо, что богатые богатеют, а бедные беднеют — или несправедливо, что за хороший труд и предпринимательский риск наказывают огромным налогом? Несправедливо, что к женщинам и мужчинам подходят с разными мерками — или несправедливо уничтожать репутацию создательницы Гарри Поттера за напоминание о том, что мужчины и женщины имеют физиологическое различие? Несправедливо, что в мусульманах видят потенциальных террористов — или несправедливо, что мусульмане в христианские страны приходят со своим уставом, а христиане в исламских странах должны подчиняться местному? Несправедливо, что Трампа забанили в соцсетях — или несправедливо, что Трампу позволили с их помощью радикализировать сторонников? Какое утверждение из каждой пары справедливо?

Справедливость — часто вещь относительная, и то, что правильно для одних, бывает совершенно несправедливо для других. Именно поэтому современная цивилизация и стоит на уважении чужого мнения — в ином случае, мы бы так и не вышли из бесконечной череды войн. Банальная, вроде бы, истина, но почему же сейчас она вызывает столь яростное сопротивление? Почему знаменитое: «Я не разделяю ваших убеждений, но готов умереть за ваше право их высказывать», выглядит анахронизмом?

Говорят, время сейчас другое: информационная революция привела к тому, что слово стало мощнейшим инструментом воздействия, способным убить буквально, поэтому вредные убеждения можно и нужно уничтожать. Да и красивую фразу о готовности умереть за чужие и чуждые убеждения Вольтеру приписала автор его биографии Эвелин Холл.

Может, дело в другом? Например, в том, что справедливость — игра с нулевой суммой, здесь победитель получает все. Поэтому то, что мешает нашему справедливому делу, кажется вредным, опасным и достойным уничтожения. Но история учит, что полностью искоренить убеждение может только время, а не человеческая воля, да и то не всегда: даже костер Джордано Бруно, Галилей и Коперник, вкупе с освоением космоса, не мешают и ныне некоторым верить в плоскую Землю. А к чему приводит непреклонная борьба во имя справедливости уже нам-то, в России, хорошо известно.

Тогда, наверное, стоит вспомнить о милосердии? Но и одним милосердием, увы, не обойтись. Не в том даже дело, что завет подставлять вторую щеку за два тысячелетия так и не стал императивом. Просто у милосердия тоже есть своя темная сторона.

Когда германский канцлер Ангела Меркель милосердно позвала в свою страну «всех страждущих», то получилось не очень справедливо — и для собственных граждан, и для тех беженцев, кого в дороге оттолкнули локтями более шустрые, менее обездоленные. Да и можно ли назвать истинным милосердием, к примеру, милость победителя? Или милосердие — это прощение обидчика жертвой? Это вовсе не философский спор: посмотрите на страсти, вызванные движением MeToo или BLM.

К тому же, запрос на справедливость — хороший общественный индикатор. Справедливости требуют в том, чего недостает. На что стоит обратить внимание обществу, даже если требования кажутся несуразными, смешными и неприемлемыми.

В идеале, хорошо бы обществу принять дихотомию справедливости и милосердия, где всякая борьба за справедливость включает и милосердное внимание к чужим установкам и нуждам. Беда в том, что определить баланс между справедливостью и милосердием, не допустив несправедливости или беспощадности, всегда трудно — и никогда невозможно навечно. Вот, вчера еще мы массово жаловались на жестокость и несправедливость бана соцсетей — а сегодня спорим, правильно ли соцсети забанили Дональда Трампа. Баланс нарушен, надо искать новый.

Пока это получается только у «невидимой руки рынка». Сразу после известия об изгнании Трампа из Twitter, акции мессенджера обвалились на фондовом рынке на 12%. И это сделали не сторонники Трампа и не те, кому свобода слова дороже взглядов, а циничные биржевые спекулянты, быстро подсчитав, что без аккаунта с 88 миллионами подписчиков компания потеряет в рекламных доходах. Если бы акции Telegram торговались на бирже, они бы взлетели не хуже Tesla: только за сутки по числу скачиваний мессенджер вышел на второе место в США — после того, как появились слухи, что Трамп завел там свой канал.

Теперь создатель Твиттера Джек Дорси вынужден объясняться перед общественностью, а создатель Телеграма Павел Дуров ищет возможность установки своего детища без сторонних магазинов приложений. И чем бы ни закончилась дискуссия о свободе слова и ответственности соцсетей за контент, рыночная оценка принимаемых решений сыграет в ней не последнюю роль.

Такие уж они люди, эти дельцы — только деньги, только «бабло». Которое, похоже, действительно способно победить зло, приносимое благими намерениями энтузиастов справедливости. Может, оно и к лучшему? Знаем мы, куда ведут благие намерения…

Автор: Татьяна Рыбакова

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, добавьте ваш комментарий!
Пожалуйста, введите свое имя